antikvaram.ru Антиквариат
Главная Антиквариат Конференция по экспертизе и атрибуции



Конференция по экспертизе и атрибуции

конференция по экспертизе и атрибуции

В Инженерном корпусе Третьяковской галереи 16–18 ноября проходила XI научная конференция «Экспертиза и атрибуция произведений изобразительного и декоративно-прикладного искусства». Традиционный ее организатор, антикварное объединение «Магнум Арс» пригласило известных искусствоведов, выступающих экспертами на антикварном рынке.

Конференции, подобные этой, значительно обогащают отечественное искусствознание, дают возможность открыто приобщиться к сложному процессу экспертизы, понять многоуровневые этапы идентификации произведений искусства. Объединение «Магнум Арс», взявшее на себя коммерческие затраты, издает сборники трудов по итогам конференции. И это, пожалуй, единственные на сегодня «учебники» по данной проблеме.

На этот раз музейные сотрудники, съехавшиеся со всей России, Украины и Прибалтики, внимательно слушали доклады, участвовали в обсуждениях. Антикваров, как всегда на подобных мероприятиях, было немного. Между тем, конференция проходила на фоне тлеющего антикварного скандала.

Научный сотрудник Саратовского художественного музея имени А.Н. Радищева Л.П. Красноперова в своей статье «Оригинал, копия, подделка. Комментарий к выставке» рассказала об интереснейшем музейном опыте. В 2002 году в Саратовском музее была проведена неординарная выставка. Посетителям была представлена западноевропейская живопись из фондов музея. Огромная работа, проделанная в процессе подготовки, позволила обнаружить подлинники, считавшиеся копиями, подделки, экспонировавшиеся и публиковавшиеся как оригиналы, и копии высокого художественного качества. В экспозиции, где оригиналы, подделки и копии были показаны вместе, каждый мог убедиться, как непросто их различить. В дополнение к картинам предлагались к рассмотрению материалы исследований, рентгенограммы, макрофотографии, которые дали зрителю возможность пройти путь исследователя и эксперта. В различных музеях зафиксирован один и тот же факт: подделка легче попадает на экспозиционную стену, чем оригинал, который может показаться по сравнению с ней невзрачным. Как пишет Л. Красноперова: «Почти половина музейных “голландцев” представляет собой пастиши (подражания) XVIII–XIX веков. “Выезд на охоту” приписывался Ф. Воверману. “Рыбы” — П. Поттеру, пастораль — Я. Дюку, известным голландским художникам XVII века». Например, картина, экспонировавшаяся как произведение Отто Марсеуса ван Скирка (1619–1678), признанная не только в отечественном искусствознании, но и опубликованная в Германии в качестве шедевра голландской живописи XVII века, предстала на выставке как образец подделки, снабженной фальшивой подписью художника. Эта картина поступила в музей в 1922 году из печально известного Госфонда, куда отправляли реквизированные у владельцев произведения искусства. Подобных примеров довольно много. Старинные произведения деформировались путем надставок холста, поздними «дописями», старой лакировкой и множеством технических преобразований за годы хранения шедевров в российских частных собраниях.

Это отнюдь не значит, что в музеях хранятся сплошные фальсификаты. Реальная ситуация гораздо сложнее. В прошлые века в Европе и России было принято копировать известные произведения. Копии были настолько высокохудожественны, что многие коллекционеры считали их подлинниками. Возвращение картине ее первоначального облика — серьезная проблема для многих российских музеев. Новое время подарило музейщикам более совершенные методы исследования и технологии. Именно их использование помогает ныне «ловить» подделки.

Мастерство современных фальсификаторов невероятно выросло. Проблема внедрения подделок на рынок — не столько «головная боль» экспертов, сколько моральная ответственность самих антикваров и «серых» дилеров, выстраивающих сложные цепочки от псевдошедевра к собирателю. «Презумпция виновности» — так назвал свое сообщение Александр Ветлицкий. Он для собравшихся музейщиков оказался фигурой незнакомой. Поле его деятельности — рынок и весьма узкий круг коллекционеров икон. Свой предмет он на практике, путем проб и дорого оплаченных ошибок изучал в течение четверти века. Ветлицкий использует старую отечественную рыночную методу — знаточество. Его «насмотренность» вызывает уважение у старейших и новых коллекционеров. Еще в 1999 году он был приглашен в качестве консультанта к известному ныне коллекционеру — Виктору Бондаренко.

Каждый дилер со смаком расскажет свою любимую историю о «фальшаках». Блистательно фальсифицированные иконы были обнаружены даже в знаменитой коллекции Павла Корина. Но в последние 2–3 года поток поддельных икон уже зашкалил за допустимые на любом рынке 10–15%. Такой процент всегда считался нормой, как болезни у человека — они были, есть и будут. Но, по опыту Ветлицкого и его коллег, ныне на российском рынке этот печальный показатель подскочил до рискованной отметки — 50%! Ответственными за подделку русских икон XV–XVII веков, имеющихся ныне на рынке, А. Ветлицкий считает две группы фальсификаторов. Знаток, как водится, обвинил экспертов в некомпетентности, ведь подобные подделки уже давно находятся во многих известных коллекциях еще со времен подпольного советского рынка.

«Мастерство» сегодняшних фальсификаторов возросло невероятно. Они знают до малейших нюансов стилистику тверской или московской школ иконописи. Недавно на рынке обнаружился «Спас» с датировкой XIV века. Он даже был воспроизведен в журнале «Наше наследие». Музейный эксперт восхищалась «безупречной сохранностью» новоявленного памятника. Но происхождение иконы было туманным.

Предметов, подобных «Спасу» — «редкого письма и высочайшего художественного уровня» — на рынке ныне появилось как-то слишком много. «Виртуозная реставрация» создает из почти смытых и разрушенных временем икон новые вещи «музейного уровня». Приемы поновления ликов святых безупречны, столь же тщательно воссоздан и кракелюр — трещины красочного слоя. Абсолютно правильно используются красители и левкас. На Западе сейчас производятся специальные ингредиенты для создания кракелюра. Но фальсификаторов часто подводит палеография, боковые надписи на иконах, выполненные старинной вязью. Они носят явные следы подделки.

«Кто же должен нести ответственность за появление фальшивок на рынке?» — вопрошал зал господин Ветлицкий.

Этот же вопрос повис в воздухе на следующий день конференции после ошеломляющего выступления Владимира Александровича Петрова — научного сотрудника Третьяковской галереи, фигуры знаковой на российском рынке. В. Петров — крупнейший специалист по русской живописи XIX века. Во время подготовки доклада Владимир Александрович проделал огромную работу по подбору визуального ряда для своего сообщения. Эти иллюстрации потрясли присутствующих. Было продемонстрировано более сорока новоявленных «шедевров», а по неофициальным данным, в печальной коллекции их свыше 200. «Мне бы хотелось, — сказал господин Петров, — обозначить проблему, которая ныне масштабно встала перед научным сообществом искусствоведов. В последние годы распространилось злостное переписывание живописных произведений зарубежных художников. Эти “новоделы” впоследствии под именами русских живописцев поступают на наш рынок. И это отнюдь не примитивные подделки». В последнее десятилетие наши дилеры получили легальный выход в северо-восточное пространство Европы. Они покупают на небольших европейских аукционах по весьма умеренным ценам работы западных художников. Затем происходит трансформация картин в произведения востребованных рынком русских художников, за которые состоятельные россияне платят более 50 000, а то и 100 000 долларов. Отбор западных произведений проводит, по выражению Петрова, «глаз цивилизованный», т.е. люди с прекрасной профессиональной подготовкой. И они, увы, перегнали искусствоведов в изучении искусства. «Отобраны западные работы замечательно… Я съездил в Данию и восхитился уровнем живописи датских художников», — продолжил рассказ господин Петров. Журналисты писали, что «исходный» материал — работы слабых и посредственных художников. Это неверно: «переписыванию» подверглись картины известных в своей стране мастеров с высочайшим классом письма. «Переписанные» работы продают не только в России, но и на русских торгах Sotheby’s. И всем присутствующим были продемонстрированы страницы из майского каталога 2004 года этого признанного россиянами лидера продаж нашего искусства.

Кроме Дании, основным «исходным» материалом были произведения немецких и английских художников. Из немца М. Ларсена «сделали» восхитительного «Прянишникова». А для искусствоведов стало большой радостью появление очень редкого на рынке «Федора Васильева». Эксперт даже готовила доклад на тему открытия ранее неизвестной работы безвременно ушедшего пейзажиста. Многие русские художники, например Шишкин, проходили после окончания Академии художеств стажировку в Дюссельдорфе. Эта живописная школа по типологии и стилистике весьма близка к отечественной, поэтому фальсификаторы использовали немецкие элегические пейзажи для «русской предпродажной подготовки». Английские марины служили прекрасными «исходниками» для картин «Алексея Боголюбова». Восхитительные цветочные натюрморты бельгийских художников превратились в красочные букеты «Константина Маковского». Даже для сугубо российского Кустодиева был найден немецкий аналог.

Технологии перевоплощения западной живописи в русскую были тщательно продуманы и выверены. С пейзажных холстов «убирали» фигурки гуляющих в западных одеждах, добавляли детали, типичные для русской жизни. Было достигнуто невероятное соответствие в подборе красок, мазков кисти и других приемах. А новая «русская» подпись создавалась виртуозно. После первоначальных художественных манипуляций подпись затиралась, покрывалась лаком, поэтому ее невозможно различить в UF-излучениях. Технологическая экспертиза давала почти полное сходство по времени и материалам, поскольку отобранные западные художники работали в то же время и использовали практически такие же краски и холсты. В.А. Петров стал задумываться над этим явлением, когда уже накопилось достаточное количество подобных произведений. Подделка обнаруживалась после химической экспертизы, когда выявлялись современные ингредиенты при нанесении нового красочного слоя.

На вопрос о месте создания фальшивок господин Петров ответил: «Они делались рядом с подлинными вещами, может быть, даже в музеях». А о причине возникновения этого явления известный искусствовед выразился однозначно: «Алчность! Она приняла невероятные масштабы в условиях антикультуры». Беда в том, что эти «творения» после технико-технологических и искусствоведческих экспертиз оседали в базах данных музеев и различных НИИ.

Масштабы происходящего губительны не только для русского рынка, но и для западноевропейского искусства, поскольку подвергаются уничтожению произведения национальных школ Германии, Австрии, Бельгии, Англии и Дании. И ныне эти «шедевры» вновь возвращаются на европейский рынок, но уже искалеченными и с русскими «бумагами». В этой непростой рыночной ситуации заложниками стали эксперты. Государство должно помочь искусствоведам с технологической базой для необходимых исследований. Отечественные методы неизмеримо отстали от западных. Рынок нуждается в грамотных независимых экспертах. Необходимо обеспечить современную подготовку специалистов, со стажировкой в крупнейших музеях мира. Над оздоровлением рыночной ситуации следует поработать всему антикварному сообществу. В этом должны быть заинтересованы прежде всего антикварные организации.

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Новости:

Родственники принцессы Дианы продают картину Рубенса

News image

Аукцион Christie's выставит на летние торги картину Питера Пауля Рубенса Военачальника снаряжают к битве и...

Крупный пожар в северном Таиланде уничтожил исторически

News image

Сильный пожар в северной столице Таиланда городе Чиангмае утром в четверг полностью уничтожил дв...

Коллекционеры:

Русский француз. Коллекция Сержа Фера на аукционе в Пар

News image

В Европе художников, переселившихся на Запад, давно и прочно считают своими, а вот Россия только не...

Российский коллекционер: от советского периода до наших

News image

В послевоенное время, особенно с наступлением хрущевской «оттепели», круг интересантов значительно расширился. Тематическим коллекционированием или со...

Авторизация


Предметы искусства:

Стоит ли любить искусство и сколько стоит эта любовь

News image

Вещи из коллекций Хаммера и Тиссена не появятся на рынке до нового всемирного потопа. Но в ожидании этого не покупайте работ малоизвестных художников. Миф о не...

Инвестиции в творчество Фрэнсиса Бэкона и Люциана Фрейда. Ис

News image

В жизни и творчестве давних соперников Френсиса Бэкона и Люциана Фрейда, художников, каждый из которых при жизни по отдельности получил статус «самого значительного современного английского ху...

Антиквариат. Ювелирные изделия:

Самый большой бриллиант за 18 лет выставлен на торги

News image

Торговый дом Christie's похоже окончательно отобрал пальму первенства у Sotheby's. Ведь на прошлой неделе в Лондоне Christie's выставил на всеобщее обозрение абсолютно новый, недавно ограненный бр...

Яйцо Фаберже: 1887 Blue Serpent Clock Egg

News image

Подарено императором Александром III его жене императрице Марии Фёдоровне на Пасху 1887 года. 1927 г. - вывезено в Париж Майклом Норманом (Michael Norman). 1950 г...